Эта история вспомнилась, когда в потоке новостей о форуме Ялтинской европейской стратегии я не встретил ни одной от российских СМИ — позитивной или критичной, на проправительственных ресурсах или оппозиционных. Странный игнор, учитывая пристальное внимания соседей даже к ДТП у нас в стране. Как и в 2004-м, тень евроинтеграции, нависшая над Украиной, столь страшна, что отогнать ее можно лишь умолчанием. Так ребенок с головой ныряет под одеяло, прячась от Бабая. Уговоры старших бесполезны — он-то знает: Бабай есть! И его положено бояться. А кто не боится — на того обрушатся все мыслимые беды. И вообще, сам дурак. Сюда приплетается изрядная доля обиды на тех, кто этот страх перерос, особенно ближних. «Ты плохой, я тебя не люблю! — кричит дитятко. — Он придет к тебе и съест!» А то может и вдарить сгоряча. В терминах политических это, разумеется, звучит иначе. Выход Украины из-под контроля огорчает и Кремль, и его критиков. Воистину российский либерализм заканчивается на украинском вопросе. Поэтому собрание страшилок, над которым трудится коллектив авторов под общей редакцией Путина, Медведева и Глазьева, практически не встречает критики. Впрочем, теперь это страшилки для внутреннего пользования. Как и Александр І в свое время, Путин заморозил модернизацию, отстояв право России быть сырьевым придатком развитых стран. Увы, ресурсы не бесконечны, и империя (или ее осовремененная форма — Таможенный и далее Евразийский союз) — единственный способ сохранения статус-кво. Но ни один интеграционный проект Кремля не работал без Украины, хотя Украина же их и гробила. Как, к слову, угробит и этот своим отказом. Ведь после Лукашенко белорусы даже притворяться не будут, что такого рода объединения им интересны. И союз станет азиатским. Впрочем, и здесь неувязочка: Назарбаев тоже не вечен. Сумеет ли Кремль гарантировать стабильность Казахстана в процессе смены власти — большой вопрос, а союзов в Азии и без того хватает. Причем куда более перспективных — одна ШОС чего стоит. Россия теряет остатки влияния, но для внутреннего пользования по-прежнему необходим имидж супердержавы. В конце концов, вера в собственное величие до сих пор является отличительной чертой российского электората. Соответственно, оспаривать «супер» парадигму может лишь враг и предатель. Недаром обозреватели вроде Дмитрия Киселева сравнивают Виктора Януковича с Иваном Мазепой. Хотя тем самым признают их как минимум самостоятельными фигурами. И в этой связи напрашивается вопрос: рискнет ли РПЦ повторить ход с преданием анафеме? Согласитесь, оригинальный подарок к 2015 году.