Антипремия «Полный Абзац» досталась книге «Вы не гаджет. Манифест»

Как передают «РИА Новости», церемония вручения антипремии, учрежденной газетой «Книжное обозрение», состоялась в среду на ВВЦ в рамках выставки-ярмарки «Книги России».

«Абзац» традиционно присудили в четырех номинациях. «Полный Абзац» как худшая книга получила «Вы не гаджет. Манифест» Ланира в переводе Михаила Кононенко. Главный редактор издательства Corpus, выпустившего книгу, Варвара Горностаева, ведущий редактор - Евгений Коган.

«Джарон Ланир - один из тех людей, благодаря которым мы знаем, что такое виртуальная реальность. Его книга - боевая филиппика против коварных прелестей анонимных постов, цифровых облаков, искусственного интеллекта и веселых роликов на YouTube, незаметно, но стремительно меняющих нашу психологию и превращающих нас в симпатичные эффективные гаджеты», - отметил главред «Книжного обозрения» Александр Набоков.

По его словам, русский перевод книги не просто гадок, но уже с первых страниц наводит на откровенно параноидальные мысли о Матрице, старательно пытающейся свести на нет обличительный пафос опасного издания.

«От ощущения, что книгу писал гаджет - причем собранный в темноте на дрожащей коленке - отделаться практически невозможно. Чего стоят одни названия глав и подзаголовки разделов: «Или рассмотрим шахматы»; «Моральный императив создать безликую, насколько это возможно, Библию»; «Уничтожение встречи с судьбой»; «Случай пропавших выгодоприобретателей»; «Математика как произведение»; «Все приветствуют оболочку», - отметил Набоков.

Он приводит и отрывки из текста, «представляющие собой один большой вязкий кошмар».

«Раздражает в этом гаджете странный набор непредсказуемых задержек в пользовательском интерфейсе. Вы ожидаете ответа, чтобы нажать виртуальную кнопку, но его нет и нет. Возникает странное напряжение, и интуицию замещает нервозность».

«Было много разговоров о том, остаются ли человеческие существа особенными и не становятся ли компьютеры равными нам. Сегодня такого рода новости не попали бы на первые полосы газет - способ мышления искусственного интеллекта настолько вбит в человеческую голову, что эти новости выглядели бы устаревшими. Но способ подачи события в стиле искусственного интеллекта был неудачен».

«Если вы читаете что-то, написанное кем-то, кто использовал выражение «не замужем / не женат» в предложении собственного сочинения, вы неизбежно почувствуете первый намек на неуловимый опыт автора, нечто, чего нельзя получить из базы данных с множественным выбором».

«Тест Тюринга работает в обе стороны..."

«Как только речь заходит об авторстве, Кремниевую долину охватывает непреодолимая потеря слуха».

«Птица не может халтурить, когда поет, а человек может. Поэтому у нас есть экзистенциальная гордость халтурой».

«...журналисты независимой прессы, имеющие репутацию и авторитет, обеспечивают новости политики...».

«Их подвергли пыткам отвратительными аудио - и видеосозданиями...».

«Абзац» за перевод получил Дадыкин за роман французского киберпанк-фантаста Мориса Дантека «Призрак джазмена на падающей станции «Мир», вышедший в «Рипол классик».

По словам Набокова, это русскоязычное издание уважаемого французского автора - пример отлично слаженной скверной работы переводчика и редакторов.

«Да, главные действующие лица романа - влюбленные, пораженные редким нейровирусом, - но это же не повод подселять в текст собственных чудовищ. Возможно, редакторы и переводчик думали, что на общефантастическом фоне это прокатит. Не прокатило», - отметил он.

Техноляп из книги: «Эйлер сидел на контейнере, прикрепленном к переборке станции при помощи обычныхой липучек, которые ые используютсяся для одежды или обуви».

А вот так описана любовь мутантов XXI века: «Я сорвал с Карен хлопчатобумажный свитер и спортивные брюки, движением стрелка из лука разодрал ее футболку, бюстгальтер лопнул под моими руками, и груди ринулись мне навстречу подобно двум резвым бесенятам - воинственным бесенятам в форме зарядов для миномета, я стиснул их руками, сжав достаточно сильно для того, чтобы упругие полушария встали на дыбы, а соски нацелились мне в лицо, будто наконечники стрел из плоти».

Худшей редактурой прославился женский роман англичанки Лесли Дэниелс «Уборка в доме Набокова», вышедший в «Азбуке-классике».

«Роман очень милый и смешной, написанный - что нечасто встречается в дамской прозе - весьма оригинально и художественно. Ляпы в русском переводе тоже весьма забавные. Анатомия персонажей очаровательна», - отметил Набоков. - Вот главная героиня в расстроенных чувствах: «Я повернулась и пошла по продуваемой ветром дорожке вдоль озера, где никто не увидит моего исковерканного лица». Главная героиня выловила в озере кастрюльку. «От кастрюльки пахло машинным маслом; я оглянулась в поисках катера, на который могла бы его вернуть, но никаких катеров не обнаружила. Тогда я завернула его в полиэтиленовый мешок, который как раз пролетал мимо, и засунула в багажник своей развалюхи». Его - это масло, которым пахло от кастрюльки? Или героиня выловила кастрюльку-самца?».

Антипремию за корректуру получила книга «Я заберу тебя с собой» итальянца Никколо Амманити, вышедшая в «Иностранке».

«Русское издание просто на комические куплеты пробивает: «От почтенной «Иностранки» ты не ждешь такой подлянки». Да еще и в серии «The Best of Иностранка». Фантастический пофигизм корректора Е.Смирновой можно объяснить разве что отсутствием такого корректора в природе. Просто не верится, что живой, работающий с текстом человек так бы смог. Логику, по которой одни названия СМИ, торговых марок и музыкальных групп транскрибируются на русский, а другие нет, постичь невозможно. Имена героев весело мутируют: Ивана Дзампетти по ходу действия превращается в Ивану Зампетти, Мария Деллия - в Марину Делию, Мартина в Марину, Грациано Билья - в одном месте в Грациана, в другом - в Бидью, Джованни теряет где-то одну «н». В том, как именно пишется название доисторического зверька докодонта - с «т» или без оного, корректор (если он был) так и не определился - и посему оставил оба варианта», - пояснил выбор Набоков.

Кроме того, по его словам, текст «радует» множеством милых моментов в стиле «моя твоя понимай не»: «Танцы - это полная дерьмо»; «Он не будут мучиться»;"Но что Морони мог делать вместе в Пьерини?»; «Флора Палмьери чувствовала, что матери этого совсем не нравится»; «Флора замечала это по многим мелочам, незаметных постороннему человеку...»; «История с резюме он придумал только как предлог».

«Лауреатам» антипремии вручили статуэтки в виде редакторского знака абзаца.